Обстоятельства обретения текста
Но все же я должен объяснить, откуда этот текст взялся…
…У меня было отвратное настроение. Я вообще не любитель зимы, даже, если температура выше нуля. Все, что холоднее Тель-Авивского конца ноября, для меня перебор. Поэтому от листопада и до тюльпанов я хандрю непрерывно. (Хандра – это spleen, mélancolie, acedia, Schwermut, Hypochondrie - если кто плохо понимает по-русски)
А тут еще в почтовом ящике обнаружилась пачка счетов. Причем один был от одной особенно зловредной компании, которая жаждала моих денег. Она утверждала беспочвенно, что я должен ей. И хотя я сообщил уже тысячу раз (устно, по телефону, по почте и по E Mail,) об отсутствии между нами договоров, что у меня другой поставщик электричества, что они мне ничего не поставили, фирма упорно не желала считать эти мелочи основанием от меня отвязаться, и продолжала слать бесконечные требования, причем сумма с каждой неделей росла.
Так вот. Я ругнулся (счета – вещь такая…), зашвырнул письмо в угол, крикнул собаку (корги, Юта), пригласил её загрузиться в машину и поехал к замку Крибштайн. Это тут, недалеко от меня.
Если подниматься со стороны Мульды, то за замком и за автобусной остановкой, есть слева Parkplatz, рассчитанный на много машин. Парковка, в переводе на русский. После шести он бесплатный, это приятно особенно.
Вышел я из машины, Юта спрыгнула на асфальт. Прогуляться мой песик согласна всегда.
Она у меня очень послушная, и когда нет рядом людей, я ее на поводок не беру. Она прилетает по первому зову, что бы не делала. Ну, если не гадит. Тут, разумеется, её приходится ждать – не скотина же я, в самом деле - заставлять собаку прерваться!
Если пойти вниз от Parkplatz-а, а потом свернуть влево, то тропинка ведет через редкий лесок. Потом, возле заборов, надо свернуть вправо и подняться чуть вверх. Тогда попадаешь на вершину холма, с которого можно пялиться на водную гладь. Там еще есть скамейка для этого. А народа, как правило, нет. Особенно вечером… На этой скамейке обычно я и предаюсь ипохондрии.
И вот сижу я, любуюсь на воду (на водохранилище с лодками и корабликом). Решаю вопрос, чего бы мне больше хотелось: а) чтобы электрическая фирма разорилась, с сенсациями и позором на всю страну, или б) чтобы сотрудники, все поголовно, сдохли в мучениях, к примеру скажем, от моровой язвы. Или от тифа. Нет, это слишком гуманно для них– лучше столбняк. Эта штука намного приятнее: если проявились симптомы, то шансов на спасение уже почти нет. Даже в реанимации - лежи себе, получай иммуноглобулин в уколах и думай, что тебе скоро хана. Что ты сдохнешь с вероятностью этак процентов 60 или 70. Жди себе, когда выкручивать станет. И тогда постепенно, не быстро, не в раз, начнешь выгибаться все больше и больше, пока позвоночник не сообщит тебе «Кряк!». А вишенка на торте – даже если спасут, тебе никогда не будет дела до рассылки дебильных писем. Будешь заботиться - организм восстанавливать. Год, как минимум. А, может, и больше. Может, целых два или три…
Из раздумий меня вывела Юта – она прискакала галопом и забилась под лавку.
- Ты чего? – Спросил я и огляделся.
Она только жалобно пискнула.
Хотя уже сильно стемнело, настоящей темноты еще было. Сверху в небе что-то светилось. Я поднял голову.
Яркая точка с дымным хвостом позади. Ракета? Дрон? В меня? В центре Европы?! Уже война началась и на письмо отвечать не придется?
- Еж твою медь, - сказал я. - Юта валим!
Юта завращала глазами. Она хотела спросить, в каком направлении валим?
А в самом деле - бежать-то куда?
А вдруг там, куда мы рванем, это нечто и шмякнется нам прямо на голову?!
Письмо то еще электрическое… И так настроение не к матери. Может – ну его? Сдохнуть? А что, все равно холодно, до весны еще долго… Так зачем убегать? Может, как в жизни: что я тебе - девочка, песни петь! Прилетит – значит, судьба. Никуда не пойду!
Хотя… Собачку, вот жалко…
С другой стороны: если собачка спасется, а меня этим прибьет: ей что – в собачий приют? После вольницы, после гуляния в саду? После кресел, расставленных для нее в каждой комнате и даже на кухне? После мяса разных сортов, по дням недели расписанных? Как в анекдоте: лучше пусть задавят, чем так…
И я решил в рулетку сыграть – на кого Бог пошлет! Не то, чтобы я храбрец – не подумайте, просто Weltschmerz, говорю же, и зима, чтоб её.
Звездочка приближается. Сгорит-не сгорит - долетит? Фиг поймешь, далеко или близко. Ночь, обман зрения, все такое. Ясно только, что летит на меня.
Прилетело. Думал – конец! Чуть- чуть промахнулся, всего метра три.
Камень, тридцать сантиметров в диаметре, а может быть - сорок. Красны, горячий, как сволочь. Шипит. Искры фонтаном. Вдруг затрещал и взорвался.
Меня обдало фонтаном земли, а камень развалился на две половины. Открылся, как будто.
Внутри что-то есть, это видно. Юта тявкнула, но из-под лавки не вылезла.
Я вспомнил, что умею дышать, и вздохнул. Осторожно потрогал штаны ниже пояса. Сухо. Ну, хоть с этим не плохо…
Я почесал за ухом. Сдавил пальцами нос. Есть у меня такая привычка. Потом Юту погладил. Она осмелела, хвост вытащила из … Я говорю - хвост задрала пистолетом. Но из-под лавки вылезать не торопится.
Я сказал, что она все делает правильно: в укрытии надо быть до тех пор, пока обстановка не прояснится. А сам боком двинулся к каменюке, выставив вперед длинную палку. Боком, говорят, площадь поражения меньше.
Потыкал в горячую хрень. Палка затлела, а из хрени вывалилась бутылка. Стеклянная.
Какие мои ощущения? Все отлично! На голову валится метеорит, раскаленный, как хрен знает что, чуть не попал, но я выжил, а потом- трах-ба-бах - и передо мною бутылка. Не расплавилась там, по дороге. До меня долетела.
От метеорита шел жар. Я протянул к нему руку – нет, не сплю - горячо. Наркотиков не принимаю, пиво – только вечером, три раза в неделю. Обычное темное, даже не лагер.
Это шутка? Космонавтам на орбите – им же там скучно? Кто знает, что творят они там на орбите? Без женщин, одни, много дней. Хотя – это-то сейчас не проблема…
Я поправил очки, сел на корточки и смачно плюнул. Да, ладно, а вы по другому определяете температуру без градусника?
Зашипело не сильно. Я взял воду, которую таскаю с собой на случай, если Юте вдруг надо будет похлюпать. Из луж пить – харам - она это знает, а обмен веществ у собак гораздо быстрее, чем у людей. Поэтому, я могу дотерпеть и до дома, а собаке нельзя - перегреется – так до беды и не долго…
Вода остудила бутылку. Как картофелину, которую только что выхватили из костра, перебросил её из руки в руку – терпимо.
Открутил крышку. (Пробку? Заглушку?). Удивился, что не приплавилась, заглянул внутрь. Перевернул горлышком вниз. Из бутылки выпал тонкий-претонкий листок, скрученный в трубку.
Сколько раз писано – нельзя трогать ничего, что прилетает из космоса! Даже не дышать нельзя рядом! ОЗК, противогаз, костюм высшей защиты, с баллоном, как в акваланге. Ведь внутри может быть все, что угодно - бактерии, вирусы, даже зародыш чужих. Вселится и кирдык – рожай потом мерзость в слизи - им ведь до лампочки, что ты не баба и не умеешь рожать. Тебе же хуже - они-то родятся, а тебе сдохнуть придется. У них для нас гендерное равноправие.
Я, как в тумане, беру листок в руки. Думаю, что совершаю фигню, но развернул. По листку бежит рябь, и меня кровь на пальце. Моя!
- Блин, - сказал я. – Дебил, что я сделал?!
Листок на земле, а я стою с откляченным вверх средним пальцем. Смешно наверное, если со стороны…
Отсосать кровь, - думаю, - или лучше не стоит? Вдруг ядовито? А если не отсасывать – ведь тоже могу отравиться. Что лучше: через кровь или рот? Дилемка…
Мысли дельной в голове - ни одной. Стресс, мозги отключились.
Юта сочувственно смотрит.. В глазах – скорбь веков. Прощается видно. Прикидывает, что ждет её в собачьем питомнике…
Я выразил полное согласие с ней.
- Хозяин, - говорю, - у тебя слаб на голову!
И стряхнул кровь на землю. Чего уж теперь…
Прислушался к себе – растет во мне уже alien или пока пронесло?
Ничего не чувствую, даже укол не болит. Подумал, бровь почесал. Потом нос. Рукой махнул и хотел развернуть листок палкой.
Не вышло. Осмотрел палец снова - кровь не видно. Уже заросло?
Ощупал всю руку – ползет зародыш в живот или нет? Или их и из руки родить можно?
И взял я листок. Руками. Голыми, без перчаток. Ужасный конец, на мой взгляд, всегда лучше, чем без конца ужасаться. Не люблю, блин, я ждать!
На листке текст возник. И побежал вверх с анимационным эффектом. Как на дисплее. Без мыши, без клавы - сам по себе знает, когда надо скролить. И сколько. Если космонавты так развлекаются… А может, технологии Маска?.. Буквы на листе были русские.
Охренеть. Когда в палец кололо, на листке ничего не было чист, только рябь. А теперь – пожалуйста, вот вам текст! По крови определил, что ль, на каком языке я читаю?
А текст начинался словами:
«За миллиард земных лет до начала времен в вашей звездной системе случились эти события. На одной из планет, которую земляне зовут...» Ну, и дальше все в таком духе. События, которое я пролистал не читая – текст-то был очень большой, читать надо долго, а на улице холодно и темно. Германия – не Израиль, тут и минус бывает, и не только зимой. Особенно ночью. А мне еще на работу с утра…
Короче, пролистал до конца. А в конце:
«Давид, ты получил контейнер.»
- Космический ДиЭйчЭль, - я прервал чтение и посмотрел на остывшие половинки небесного камня. Или не камня? – Может, все же, стёб Маска?..
Я пролистал текст еще раз. Оказалось, в первый раз не заметил приписки:
«Ты прочитал этот тест. Теперь его надо публиковать. Не вздумай ничего изменять, это не шутки! Не тяни, а то на тебя управа найдется.»
Я сел на лавочку. Что-то я сегодня чешусь, словно чесоточный.
Они думали, что я вот тут это буду читать? В потемках? С дрожащей собакой? Вигвам, как говорили в детском саду. Мне на работу с утра!
- Можешь вылезать, - обратился я к Юте. – Они переоценили себя! В смысле - меня. В смысле – просчитались. Всю ночь я им тут читать буду!
Юта вообще очень серьезно относится к целостности своей драгоценной шкурки, поэтому из-под лавки не вылезла. Не поверила, что опасности нет.
- Твоя правда, - согласился я с умной собакой. - Вдруг тебе еще придется бежать за помощью - хрен их знает, что тут за alien? Тебе надо быть в форме!
Я рассуждал так: если они ошиблись предположив, что я брошусь читать не пойми что на лавочке ночью, значит могут ошибиться в остальном. А значит – клал я на их на угрозы с прибором. Будет время - прочту…
Последняя фраза была: «Danke voraus für deine Verständnis».
С какого хереса перешли на немецкий, если все остальное по-русски? Лишний повод не относиться серьезно.
И последнее. Еще раз. Текст — не мой. Не о нашей планете. И если кому померещатся знакомые имена, места, города, сюжетные повороты или, бог весть ещё какие совпадения с нашей реальностью или историей — то это не более чем воображения игра. Это мираж. Белочка. Лихорадочный сон того, кто узнает призраков в любом звуке или трещине на обоях. За галлюцинации публикатор ответственности не несёт — он лишь с лёгкой усмешкой посмотрит, как из пустоты возникают миры. Это — на совести галлюцинирующего.
Мой текст закончился тут. А дальше я просто перенес сюда то, что прислали и вынудили публиковать. Как вынудили? Об этом я уже рассказал. Кто они? Я не знаю.
